Три истории о том, как РУСАЛ ведёт себя в Братске, подобно оккупанту
13 августа 2019, 10:53
Три истории о том, как РУСАЛ ведёт себя в Братске, подобно оккупанту
Кирилл Бакуркин

Если честно, в эту ситуацию сложно поверить просто потому, что, кажется, сейчас уже никто не смеет так издеваться над людьми. Но судебные решения и рассказы участников событий, к сожалению, заставляют думать, что такое отношение компании РУСАЛ к простым людям - реальность.

Очень важный момент, который обязательно надо обговорить в начале текста, поскольку есть опасения, что кто-то может попытаться выставить жителей Чекановского этакими деклассированными элементами – мол, сами виноваты, что им жильё не дают, все равно всё пропьют. Потому сообщаю, мои собеседники - не люмпены, не алкоголики, не бомжи – это совершенно обычные братчане, и они ничем от меня и вас не отличаются. Но люди боятся за своё жильё и за себя, поэтому никто не согласился фотографироваться.

Справка. Чекановский — жилой район Центрального района Братска. В жилом районе расположена железнодорожная станция Анзёби. Чекановский получил статус посёлка городского типа в 1960-м году. В 1989-м году население поселка составляло почти 8 тысяч человек. Только в 1999-м году поселок вошёл в черту города Братска. В новом веке Чекановский стал частью санитарно-защитной зоны Братского алюминиевого завода. Его население к тому времени сильно сократилось и было решено переселить людей. Значительная часть работников БрАЗа проживала именно здесь. 

В Чекановском сейчас осталось, примерно, семь семей. Вода привозная, отопление дровяное. Нет ни школы, ни детского сада, ни магазина, сюда зимой и «скорая» не доедет, и такси иногда не вызовешь.

Две бочки - это местный водопровод

Мы едем с одним из местных жителей, Виктором, к его дому. Я напросился в гости - посмотреть, из-за чего, собственно, компания РУСАЛ решила, что Виктор не достоин переселения. 

- Я этот дом купил в 1991-м году. Из армии пришел, заработал денег, женился и купил себе дом. Тогда время какое было – сами знаете.  Всю жизнь я прожил в Чекановском и другого места для себя не представлял просто. О том, насколько вредно здесь жить, нам тогда не говорили. Где-то с 1992-го по 1997-й год я свой дом постепенно достраивал. Когда сам, когда людей нанимал, но за свои, конечно, деньги всё делал. Семья расширялась, рождались дети, и дом рос, - рассказывает Виктор.

От его дома весь Братский алюминиевый завод виден, как на ладони, ощутим на запах и даже на звук – из-за мерного гудения цехов складывается ощущение, будто стоишь недалеко от пасеки.

Вот такой вид открывается от дома Виктора

- Сейчас жить здесь страшновато, конечно. Эти места теперь заброшенные, кричи – не докричишься. Шорох ночью какой-нибудь, и поди пойми – медведь это или человек со злыми мыслями? - говорит Виктор.

Как вы, читатели, представляете себе переселение из такого посёлка? Наверное, так: приносят вам уведомление о том, что вашей семье предоставляется квартира такой-то площади по такому-то адресу, и вам необходимо подойти в администрацию в такой-то кабинет, чтобы оформить бумаги. Вы приходите и, если согласны с предлагаемыми условиями, вам говорят: распишитесь здесь и здесь, а теперь заселяйтесь. Если не согласны, давайте тогда пойдём в суд – пусть он нас рассудит.

- Да, я тоже думал, что так и будет. Вдруг – бах! Мне приходит повестка уже на третье, заключительное заседание суда, хотя никто мне даже не предлагал ещё никакой жилплощади. Просто сразу в суд. Я говорю: что ж вы меня на первое заседание не позвали? Мне отвечают, что найти меня не могли. И я ведь тогда  пошел на заседание суда с какой-то верой в человечество, закон и власть, в РУСАЛ тоже. Я много лет отдал заводу, думаю: не должны же меня обмануть. Об адвокате не подумал даже – всё же в моих документах есть, все права и размеры собственности, у меня всё честно. Я эти документы собирал. Но… Оказывается, кроме документов есть ещё нечто, что не позволяет мне получить жильё. 

Суть иска к Виктору проста – претендовать он может на квартиру площадью 34 квадратных метра (впрочем, ему никто и этих «квадратов» ещё не предлагал) – такова была площадь дома на момент его покупки в 1991-м году.

Это дом Виктора

А сейчас я вас, читатели, приглашаю на сеанс волшебства. Обратите внимание, что в момент покупки дома Виктором компании ОАО «РУСАЛ» не существовало в природе, как не существовало и санитарно-защитной зоны БрАЗа. Не существовало тогда и законодательных актов, которые обязывали бы граждан брать какие-либо разрешения на реконструкцию жилых домов. То есть, Виктор не был обязан ни с кем согласовывать свои пристройки. И даже позже, когда РУСАЛ появился – пришло бы Виктору в голову идти на завод и просить разрешение на уже готовые пристройки? Да ни один нормальный человек не додумался бы до этого!

Представитель третьего лица ОАО «РУСАЛ Братск» Дворникова Е.В. <…>  суду дополнила, что решением  Братского городского суда от 02.09.2011 года установлены обстоятельства, которые не подлежат доказыванию, в т.ч. установление санитарно-защитной зоны РУСАЛ, в связи с чем доводы представителя являются необоснованными, строительство и реконструкция в санитарно-защитной зоне запрещены, - это цитата из решения по гражданскому делу.

Вы поняли? Нет? Это же правовой прецедент. Без шуток. В сущности, на этом основании сейчас можно отказать абсолютно всем переселенцам из санитарно-защитной зоны. Забрать у них вартиры и взашей выгнать на улицу. Ну просто потому, что они не имели права в СССР в 60-70-х годах строить дома в несуществующей санитарно-защитной зоне несуществующего РУСАЛа, а значит, нечего и жильё клянчить.

Ещё один интересный момент.  В суд на Виктора подала не компания РУСАЛ, а администрация Братска. Напомним, 20-го марта 2007-го года было заключено «Соглашение между администрацией Братска и ОАО «РУСАЛ Братск» о переселении жителей жилого района Чекановский из санитарно-защитной зоны БрАЗа», согласно которому администрация города выступает в интересах жителей (пункт 1.1 в этом соглашении). По факту мы видим, что администрация действует в интересах частного бизнеса.

Коррупция? Нет, не слышали.

К слову, есть один интересный момент. Цитируем РИА «Сибирские новости»: «Всего, по состоянию на 1 января 2016 года, введено в эксплуатацию более 19 тыс. кв. м, переселено 243 семьи. С момента начала реализации мероприятий Соглашения РУСАЛ вложил в этот проект около 956 млн руб.».

Мы ничего не утверждаем. Господи упаси. Просто разделите 956 млн рублей на 243 квартиры. Наверное, люди в головном офисе РУСАЛа не в курсе цен на недвижимость в Братске. Но получается, что средняя цена одной квартиры под переселение, без малого, 4 млн рублей. В реальных ценах 2007-2016 годов вполне можно было расселить 400 семей.

- У нас была пристройка, она была зарегистрирована, но нам её не засчитали, так как якобы нет разрешения на неё, - говорит жительница Чекановского, пенсионерка Валентина Стародубцева. - Но мы ведь её регистрировали на основании закона о дачной амнистии. Почти весь поселок зарегистрировал свои дома и пристройки к ним точно так же, как и мы - на основании этого закона и получили свои квартиры. А с нас потребовали разрешение, и мы пошли по судам.  Пришел ответ из Верховного суда о том, что они поддерживают решение суда первой инстанции – наш дом должен быть площадью 47 квадратов, и мы должны снести пристройки в 15 квадратов за свой счет. Через некоторое время приходит оповещение от приставов, что если вы за 7 дней (точный срок Валентина Стародубцева не помнит) не снесете эти пристройки, то мы вас оштрафуем на 5 тысяч рублей. И мы – пенсионеры – начали свой собственный дом, в котором жизнь прожили, ломать.  Добровольно. Я уже согласилась и на 47 квадратов. Мне говорят – ладно, мы решаем ваш вопрос, позвоним вам. Потом говорят:  не знаем, что вам дать, вроде как, жильё есть только на вторичном рынке. Вдруг приходит повестка в суд, что, мол, по поводу принудительного выселения меня из дома и выплаты мне 460 тысяч рублей, и до свидания – иди ищи себе за эти деньги квартиру сама. Постановление подписано мэром Братска.

Кто делал эту оценку дома и земли под домом – вот что интересно? По каким критериям?

Дом Валентины Стародубцевой

Проём - часть дома, которую пенсионеры сломали сами только для того, чтобы им дали квартиру

Сейчас люди боятся оставлять свои дома даже на пару часов, даже съездить в магазин страшно. Как рассказывают местные жители, когда началось первое переселение – пустующие дома начали гореть один за другим. Разумеется, погорельцам отказывали в приобретении жилья. Об одом из таких случаев мы писали на сайте «Города».

- Когда стало известно о том, что переселение началось, я начал ждать звонка из поссовета, но мне всё не звонили и не звонили, а дома у некоторых людей стали потихоньку сгорать в ночи, на одной только улице в районе магазина «Черёмушки» сгорела сразу пара домов за ночь, так же, как и у меня, - говорит инвалид первой группы Александр Гурзо.

Дом, расположенный недалеко от дома Виктора - как немая угроза 

Александр Гурзо после нескольких лет судебных разбирательств получил жильё. А на его проблему обратили внимание лишь после того, как он сказал, что покончит жизнь самоубийством – сил бороться за правду у инвалида не осталось.

- Схема простая: когда посылаем свои жалобы в высшие инстанции, они отписывают их обратно сюда – «разберитесь на месте». Им рапортуют, что, мол, разобрались, но по факту ничего не происходит, - говорит Виктор.

Напомним, обязанность РУСАЛа и администрации города дать людям жильё (а не гроши за капитальный дом) прописана в соглашении – закреплена документом. В реальности эта ситуация с переселением чудовищна по своей сути, когда понимаешь, что человек бесправен перед интересами крупного бизнеса. Те, кто должен вас защищать, по желанию тех, у кого есть деньги, первыми скрутят вам руки, вы для них - никто, а ваша собственность - ничто.

Статья расположена по адресу: https://tkgorod.ru/news/18389
Распечатано: 23.08.2019 в 13:32