https://bratsk.centramarket.ru/ https://bratsk.centramarket.ru/ https://bratsk.centramarket.ru/

Сломанная жизнь. Бразовец намерен отсудить у алюминиевого завода компенсацию морального вреда от несчастного случая, в котором не было его вины (ОБНОВЛЕНО)

2 марта 2020 г. 15:00 17176

Фото: Кирилл Бакуркин

Каждый год на городских предприятиях происходит примерно два десятка несчастных случаев. Обычно такие истории широко не обсуждаются, ведь зачастую в травмах на производстве виноваты сами пострадавшие. Некоторые из них становятся калеками. Но как жить, если инвалидом ты стал не по своей вине, как смотреть в будущее, если по чьему-то недосмотру жизнь пошла наперекосяк? Особенно если ты - молодой парень.

«Город» встретился с анодчиком Братского алюминиевого завода Сергеем Ефимовских. 25-летний работник БрАЗа чудом остался жив во время серьёзного несчастного случая. С тех пор его жизнь сильно изменилась. Не в лучшую сторону. История Сергея иллюстрирует старый тезис о том, что люди для крупных корпораций - лишь винтики в механизме по зарабатыванию денег. Не более.

+++

Рано утром 6 июня 2019 года Сергей Ефимовских, как обычно, приехал на БрАЗ и заступил на смену. За те полгода, что он проработал анодчиком, особых сложностей не возникало, хотя обслуживание анодных штырей считается одним из наиболее тяжёлых занятий в алюминиевом производстве. Но Сергей – парень крепкий, молодой, к тому же пять лет служил по контракту в армии. К трудностям ему не привыкать.

Ближе к концу рабочего дня, уже готовясь «сдаваться», Сергей вызвался напоследок провести рядовую операцию на аноде электролизёра. Работа не заняла много времени. Примерно в 13:50, спускаясь по небольшой лесенке с анода, Сергей ощутилл сильный разряд электрического тока.

- Помню, что меня било током. Потом я оказался на полу. Как -  не помню. Может, меня откинуло с лестницы, может, сам упал, - рассказывает Сергей Ефимовских. – Но я после этого ещё был в сознании и мог кое-как передвигаться. Попытался выйти к остальным, кричал, но, видимо, потому что был в маске, меня никто не слышал. И буквально не доходя пару шагов до выхода из ванны, ощутил, что падаю назад. Больше ничего не помню...

Хотя, когда меня нашли, – продолжает парень, - говорят, что я был в сознании. А нашли меня минут через пять. Мужики, с которыми работал, забеспокоились, один из них вышел посмотреть, где я. Так меня и обнаружил.

Через некоторое время сознание к Сергею вернулось, но начались судороги. По воспоминаниям парня, он тогда не чувствовал ни рук, ни ног. На «скорой» анодчика отвезли в больницу. Там он снова потерял сознание и очнулся уже в Иркутском ожоговом центре, куда его доставили самолётом из Братска. Ещё в больнице Сергею поставили диагноз «поражение электрическим током». А позже в акте о несчастном случае запишут:

термический ожог пламенем электродуги лица, головы, шеи, левого плеча, предплечья, кисти, правого предплечья, обоих бёдер, голени 3 степени 25% поверхности тела, из них глубокого 13%, ожоговый шок.

В ожоговом центре Сергей перенёс несколько операций, лишился половины пальцев на руках – целиком или частично их пришлось ампутировать. 

Почему Сергея ударило током там, где до этого ничего подобного не случалось, и где другие анодчики проходили сотни раз, не до конце понятно до сих пор. В акте о несчастном случае утверждается:

в момент спуска Ефимовских С.М. задел стойку Р2, в результате наличия потенциала «земля», получил удар электрическим током, в результате чего упал на южную торцевую площадку электролизёра. Лёжа на торцевой площадке катода, получил ожоги тела.

На заводе меня пытались уговорить, чтобы я написал, что сам брался за стойки Р2, когда спускался по лестнице. Этим можно было бы свалить вину за происшествие на меня. Но там лесенка небольшая – спускаться по ней вперёд лицом и хвататься за стойки мне было бы неудобно. Да и если бы это произошло, то на ладонях у меня остались бы ожоги. А их нет, - рассказывает Сергей, показывая ладони - они действительно не обгорели. 

Вины Сергея в том, что произошло на БрАЗе, так и не нашли. Доказательств оказалось достаточно, чтобы заводская комиссия признала: анодчик оказался в неподходящем месте в неподходящее время. В том же акте о несчастном случае среди причин, которые к этому случаю привели, указывается: система электроизоляции самого электролизёра, где случилось ЧП, не смогла обеспечить надлежащую защиту, а, кроме того, на электролизёре отсутствовали, так называемые, «потенциальные пластины», которые могли обеспечить электрозащиту. Причём, обе эти причины, указывается в акте, - грубое нарушение федеральных законов и норм охраны труда. Среди сопутствующих причин в документе обозначена неудовлетворительная организация производства работ (низкая эффективность производственного контроля).

Проще говоря, из-за ненадёжной системы электрозащиты и по чьему-то недосмотру здоровый и крепкий молодой человек стал инвалидом второй группы.

+++

Сергей Ефимовских - парень простой, улыбчивый. Во время беседы с журналистами мог и пошутить. Но вряд ли это какая-то легкомысленность. Скорее, психологическая защита от осознания факта, с которым пока не до конца смирился. По заключению медицинской экспертизы, молодой человек практически полностью утратил трудоспособность. Ни о какой работе анодчиком теперь не может идти и речи.

По словам отца парня, Михаила Ефимовских, основные медицинские услуги для семьи оказались бесплатными, однако часть расходов пришлось всё же взять на себя – в основном, покупку необходимых гигиенических средств. Сумма набежала немаленькая – примерно 150 тысяч рублей. Расходы завод возместил, однако, по словам Михаила Ефимовских, не полностью – на руки семья получила сумму за вычетом подоходного налога. Никакой компенсации морального вреда Сергей и его семья от БрАЗа тоже не увидели.

В больнице (фото предоставлено Сергеем Ефимовских)

Однако денежный вопрос - на втором плане. Больше Сергея Ефимовских заботит его будущее. Формально, он ещё числится анодчиком на Братском алюминиевом заводе. Больничный закончился, но Сергей уже дважды воспользовался отпуском, а сейчас специальным приказом временно отстранён от работы. Он и его родственники уверяют, что БрАЗ настаивал, чтобы пострадавший сам написал заявление об увольнении. При таком раскладе, говорит Сергей, претензий к алюминиевому гиганту у него, как у бывшего работника, уже быть не может.

- Они хотели, чтобы я уволился по соглашению сторон с выплатой. Сначала предлагали 224 тысячи рублей – это то, что не доплатили по больничному листу. Потом сумму увеличили до 400 тысяч рублей. Это вместе с компенсацией за моральный вред. Но я этого не намерен делать. Я хочу, чтобы мне, как и положено по закону, предоставили новое место работы. Ведь сейчас это, по сути, мой единственный шанс трудоустроиться. Меня, инвалида, на работу никуда не возьмут. Даже обучение не по каждой профессии подойдёт, - говорит Сергей Ефимовских.

- РУСАЛ уже предложил ему профессии «электролизник», «анодчик», «машинист автоэлектротележки по перевозке металла» (грубо говоря, тракторист), и всё, - добавляет  Михаил Ефимовских. - Но, с учётом характера повреждений, это невозможно. По индивидуальной программе реабилитации ему показаны работа администратора, диспетчера, контролёра. Тяжёлая и даже умеренная физическая нагрузка противопоказана, как и нахождение в «горячих» цехах и труд, требующий выполнения точных двигательных манипуляций.

Сергея понять можно. Работая анодчиком, за свой тяжёлый труд в непростых условиях он, в среднем, получал на руки около 60 тысяч рублей ежемесячно – приличная зарплата по меркам Братска. Из-за несчастного случая, в котором он сам не виноват, шансов, что на другой работе он будет получать столько же, почти нет. Сейчас, по словам Сергея, ему назначили пособие по инвалидности в размере около 10 тысяч рублей. А БрАЗ по поводу судьбы своего работника пока хранит молчание.

Впрочем, молодому человеку, по его же словам, пообещали подобрать какое-то место на заводе. Но что это за место, и кем придётся работать, Сергею пока не сказали. «Город» попросил прокомментировать ситуацию директора БрАЗа Евгения Зенкина. (Ответ на запрос "Города" пришёл уже после публикации материала, он полностью опубликован по этой ссылке

Сейчас Сергей Ефимовских намерен судиться с заводом. Пока речь идёт только о компенсации морального вреда. Юрист Василий Волковский оценил его в 2,5 миллиона рублей.

- Безусловно, те 400 тысяч рублей, которые Братский алюминиевый завод предлагает молодому человеку в качестве выплаты, это смешные деньги. Особенно, если учесть, что больше половины из них – возврат недоплаты по больничному листу. Парень фактически лишился достойного будущего, многие возможности для заработка для него оказались закрыты. Важно ведь, что Сергей пострадал не по своей вине. Даже завод признаёт, что произошёл несчастный случай, в котором его работник не виноват. Однако пока это выглядит так, будто от парня хотят отделаться - предлагают ему разойтись мирно за небольшие деньги, альтернативных вариантов работы с сохранением зарплаты не предлагают. Даже вне юридической плоскости, просто рассуждая по-человечески, такого быть не должно, - говорит Василий Волковский.

Юрист Василий Волковский (слева) и адвокат Илья Полосин (юридическое бюро «Полосин, Волковский и партнёры»)

В общей сложности, Сергей провёл в больницах полгода. Рассказывает, что кисти рук ещё болят, ожоги периодически чешутся, да и в быту обходиться стало сложновато. Впрочем, постепенно он приспосабливается, жизнь продолжается. Но какой она будет, эта новая жизнь - на этот вопрос Сергей Ефимовских пока ответить не может. 

ОБНОВЛЕНО 15 СЕНТЯБРЯ: Облсуд постановил увеличить на 1 миллион рублей компенсацию морального вреда бразовцу, который стал инвалидом из-за несчастного случая

Главные новости:

Последние новости

Все новости

Главные новости:

https://jusl.me/URmdZH9 https://jusl.me/URmdZH9 https://jusl.me/URmdZH9

Как не пропустить важные новости?
Подпишитесь на наши уведомления!

Подпишитесь на нас в соц. сетях: