https://xn----8sbccjfjpbxsfu4ameme9p.xn--p1ai/ https://xn----8sbccjfjpbxsfu4ameme9p.xn--p1ai/ https://xn----8sbccjfjpbxsfu4ameme9p.xn--p1ai/

Во времена СССР в Братске был ансамбль, которому было разрешено играть любую музыку

27 марта 2020 г. 9:34 26642

Настоящие музыкальные города стоят на тёплых морях или окружены высокими горами с глубоким эхом. Вокруг Братска - холмы и холодное море, но братские музыканты разлетелись по России, по планете: Израиль, Швеция, Германия; по стилям и направлениям, заняли свои места – кто побольше, а кто поменьше - и в простоватой попсе, и в сложном для понимания авангарде. Кто-то стал знаменитым, кто-то - не очень, кто-то в других краях стал наставником и преподавателем, а кто-то, уехав из Братска музыкантом, в силу обстоятельств на чужбине перестал заниматься музыкой.

О музыкантах и группах Братска можно написать не один текст, а сразу пару книжных томов – история почти каждой группы и смешна, и драматична, и интересна, и одновременно совершенно банальна.

Автор сразу отринул мысль написать о братской рок-музыке конца 80-х - начала 90-х годов, поскольку она кажется ему слишком вторичной*, и выбрал совсем уж забытое попсовое, ещё «бездисковое» время 70-х, из которого и появилась большая часть разъехавшихся по всему миру музыкантов.

В эти годы в городе было немало групп: «Падун» (главная группа Братска), «Лель», «Времена года», «Садко», «Северный ветер» (этот ансамбль прожил очень недолго), «Морозко», «Alter Ego», «Апрель» (иногда ошибочно вносят в этот список ансамбль «Баргузины», но то была иркутская группа). Музыкантам, игравшим в них, было от 20-ти до 35 лет. И очень мало кто - а может, и вовсе никто из них не был рождён в Братске, т.е. не был настоящим братчанином, поскольку в то время сам город был едва ли совершеннолетним.

Может быть, поэтому и случился такой всплеск талантов, когда соединились разные ментальности с братской, сибирской и островной** свободой.

Самым самостоятельным и самым свободным от каких-либо идеологических установок был ансамбль «Новинка» (позже «Лель»***) из ДК «Сибирь», который располагался в несуществующем ныне посёлке Строитель.

Посёлок Строитель. ДК «Сибирь» ещё только строится 

Сергей Фирсов, предприниматель, знаток истории музыкальных групп Братска:

- «Лель» был культовой группой в Братске в начале 70-х. Руководили этим ВИА супруги Марина и Владимир Гилакозовы. Но говорят, что коллективом единолично руководила Марина – студентка Братского музыкального училища, девушка умная, сильная и предприимчивая.

Репертуар был максимально широкий, в нём было немало иностранных, англоязычных песен. Предполагаю, что это было связано с тем, что в посёлке жили, в основном, «химики» - условно-досрочно освободившиеся из мест заключения и отправленные для дальнейшего перевоспитания на стройки социализма. Задумка городских властей заключалась в том, чтобы бывшие уголовники лишний раз не ездили в город, а уж, тем более, не ездили на танцы, на какие-либо развлечения, где была соответствующая атмосфера.

 

Александр Петрушин, фотограф:

- Ну так городские ездили на Строитель, чтобы там побывать на танцах. Возле здания Госбанка на улице Комсомольской народ грузился в будки грузовых машин и ехал туда на танцы. Бывало, что не пускали. Зал полный. И когда Марина Гилакозова выходила на сцену и говорила: «Так, товарищи, сейчас не кричать и не свистеть!», все знали: сейчас «Новинка» жахнет что-нибудь такое, чёткое.

Пока ещё «Новинка». Слева направо: Гилакозов Володя (бас гитара), Анатолий Коновалов (ударные), Валерий Поповичев (соло гитара), Марина Гилакозова, Станислав Завалкин (соло-ритм гитара)

Антонида Кузьмина, солистка ансамбля «Лель»:

-  На танцы и молодые приходили, и те, кто уже в возрасте. Не помню, чтобы нас кто-то осуждал за одежду или песни. Никто ничего петь не запрещал – это точно. Я однажды иду по Строителю по дороге, что напротив магазина, и вдруг от магазина на большой скорости меня догоняет женщина в годах (как мне тогда казалось), и я думаю - сейчас случится что-нибудь, испугалась немного, а она, оказывается, узнала меня и попросила записать слова песни, которую я пела.

Сергей Котиков, музыкант, солист ансамбля «Лель», ныне проживает в Швеции:

- Я пришел в ансамбль после армии, в июне 1973-го, и особо не интересовался его историей. Название «Лель», как мне кажется, появилось с приходом в группу барабанщика Володи Рахманина от идеи создания композиции «Лель» для предстоящего городского конкурса ВИА. Мне и Антониде был 21 год, остальные были на пару лет нас старше. Я предпочитал петь и играть западную музыку, и мне с охотой шли навстречу.

Рассказывают, что Сергея Котикова приглашали играть в ресторан «Тайга», предлагали огромные по тем временам деньги – 500 рублей (это, наверное, 100 или 150 тысяч сегодняшних рублей), но он отказался, потому что петь надо было только песни советской эстрады, выступать только в классическом костюме, без клёшей, подстриженным, и стоять на сцене смирно. Котиков отказался и потом жалел об этом, но, конечно, в шутку.

Антонида Кузьмина:

- Я пришла в «Новинку» в 1973 году, спросила, нужен ли им солист, Марина Гилакозова меня прослушала, приняла, а потом, как помню, я уехала в отпуск. Когда приехала, привезла большую пластинку Софии Ротару. Тогда был состав такой: Марина Гилакозова – клавиши, её муж Володя Гилакозов – бас-гитара, Саша Безручко, мой одноклассник, играл на гитаре, Юрка Хиппи – ударник, настоящая его фамилия Стреляев (вообще, его иногда звали ещё и «Юра-хип»), и Валера Поповичев - соло на гитаре. Вот это была «Новинка» тогда.

Называться ВИА «Лель» ансамбль стал буквально в 1974 году. Марине Гилакозовой не нравилось, что Юра-хип наркоманит, а Саша Безручко попивает. Она взяла новых музыкантов: Володю Рахманина - преподавателя музучилища и Сергея Котикова, который как раз из армии пришел и учился по классу саксофона. А название «Лель» предложила я.

Ребята получали какие-то деньги в ДК – были там официально устроены, я одна там зарплату не получала. Они нигде больше не работали, некоторые студентами были, а я работала тогда воспитателем в детском саду. Я просто ради своего удовольствия выступала, душу отводила. Я первое отделение вела, потом был перекур, а потом они английское отделение вели. В ДК «Сибирь» с Анзёбы, с Порожек приезжали и с города, чтобы «Лель» послушать.

 

Антонида Кузьмина поёт песню Софии Ротару

Сергей Котиков:

- Мы играли только на танцах. Получали около 70 рублей в месяц. Все деньги я отдавал маме. Работали только на выходных.

Слева направо: Сергей Котиков, Владимир Рахманин, Марина и Владимир Гилакозовы

Нам удалось найти только двух участников ансамбля. Марина Гилакозова сейчас живёт где-то в Подмосковье. Других, к сожалению, уже нет с нами. И, в общем-то, не секрет, что главная причина их преждевременного ухода – алкоголь.

Владимир Калинин, друг семьи Гилакозовых, ныне житель Хабаровска:

- Семья Гилакозовых была тогда первыми модниками в Братске. Володя Гилакозов обязательно носил костюм с галстуком, брюки были отглажены так, что можно было порезаться о стрелки. Всегда гладко выбрит. Одеколоном пользовался тонким, импортным. Ботинки вычищены до идеального блеска. В некоторых кругах он получил кличку «Эстет». К осени 1974 года Гилакозовы резко поменяли имидж. Начали косить под хиппи. Одевались исключительно в джинсу. Кумирами Марины Гилакозовой, как говорят, в тот период стали Марыля Родович и Сьюзи Кватро. Оба нашили на рукава своих джинсовых курток бахрому, как герои вестернов. И в таком прикиде стали работать на танцах. Да и вообще фланировать по городу.

Володя Гилакозов на улице Кирова, позади него - дом №12

Репертуар «Леля» был фантастически широк – от дворовых песен, песен из мультфильмов, до советской эстрады и британского рока. Ансамбль был почти идеальным зеркалом мцузыкальных предпочтений братчан.

Сергей Котиков:

- Гилакозовы приходили на танцы с портвейном, «Агдамом» и т.п. Водки не пили. Хиппи употреблял «колеса», транквилизаторы и воровал у матери-фронтовички морфин, который ей давали для снятия болей из-за застрявших в теле осколков...

С начала 1974 года «Лель» готовился к городскому смотру ансамблей, не подозревая, что как раз он-то коллектив и разрушит. Меж тем, пожалуй, главным хитом группы была песня «Снова гаснут ночные огни» неизвестного автора. Точнее, неопределённого, поскольку на авторство музыки и слов в интернете претендуют разные люди, причем некоторые из них родились позже песни. Не все музыканты понимают популярность этой песни, считая её примитивной.

Антонида Кузьмина:

- Этот наш хит – «Снова гаснут ночные огни» - пели я и Марина Гилакозова. У меня низкий голос, у Марины высокий, а вместе не понятно, кто поёт. Да и голоса узнаются плохо сейчас. Раньше я себя в записи не слышала.

Между тем, есть мнение, что песню пел некто Стас Завалкин (когда «Лель» был ещё «Новинкой»), и женским был только бэк-вокал, но надо учитывать и качество звука после многократной перезаписи, и возраст магнитофонной плёнки, которая ждала перевода в «цифру» примерно 30-35 лет, а также то, что песню могли исполнять разные люди в разное время.

Для выступления на конкурсе «Лель» готовил инструментальную композицию по мотивам композитора Михаила Глинки. По такому случаю Владимир Гилакозов и Сергей Котиков поехали в Москву – покупать у фарцовщиков фирменные музыкальные инструменты. Поехали, разумеется, без всяких дополнительных договорённостей, но купили, достали и привезли инструменты в Братск.

Эти костюмы были пошиты специально к вокальному конкурсу

«Лель» пошил специальные костюмы с крупными узорами. Это сейчас можно в таком одеянии пройтись по улице, и никто особо не обратит внимания, а тогда это был немыслимый авангард. Впрочем, Bosco di Ciliegi сделала «огурцы семидесятых» на олимпийской форме сборной России фирменным стилем лишь в 2014 году.

Надо сказать, что для исполнителей фольклор был тогда отдушиной, где они совершенно точно могли обойтись без слов «Ленин», «партия», «комсомол», для музыкантов - местом экспериментов, а для министерства культуры - отчетностью по формированию национального самосознания в республиках. Потому и существовали группы «Иверия», «Сябры», «Верасы», «Ялла», «Орера», «Червона рута», «Эолика», «Апельсин».

Правда, что-либо грандиозное, вроде ледокола «Ленин», подминающего двухметровые льдины, как сухое печенье, по телевизору всё равно цинично показывали под начало композиции Pink Floyd «Time».

Антонида Кузьмина:

- На областном конкурсе в ДК «Лесохимик» мы заняли первое место. Коллективов было много, а мы выступали последние. Пока все выступали – люди расползались из зала, в буфет или покурить, а как только мы начали выступать – все заняли свои места. У нас было несколько песен. Одна из них – композиция по Михаилу Глинке «Славься, Русь» с богатой по тем временам перкуссией. Журналист из Иркутска Николай Кривомазов написал про наш ансамбль статью в «Советской молодёжи», она мне кажется неадекватной. Он там про Серегу Котикова написал, что тот английского не знает, а меж тем это было совсем не так.

Тот самый хвалебный, но обидный номер газеты «Советская молодёжь» с анонсом репортажа (правый вехний угол) из Братска 

Цитата из статьи «"Лель" поёт по-английски?» (газета «Советская молодёжь» от 25 мая 1974 года), автор Николай Кривомазов:

«Со сцены звучал тысячный оттиск давно уже благополучно скончавшегося ансамбля, в зале подпрыгивали восторженные почитатели, видимо, не знающие, что пресловутый битлз теперь не в моде, и если быть «современным», то слушать надо по меньшей мере поп-музыку или французских «волосатиков». <…>

— О, ужас! — сказал председатель жюри, подводя итоги.

Но потом вышел «Лель». Все это могло бы стать интересной историей о том, как Николай Андреевич Римский-Корсаков победил Джона Леннона, вызвав в зале овации и, поверьте, бурю восторга. «Лель», разодетый в сказочную униформу с золотым шитьём, включил все те же гитары... и запел «Славься, славься ты Русь моя!». Так заканчивается пролог «Лель», длившийся пять минут и крепко сцементированный единым режиссерским замыслом. Совершенно неожиданно для многих «Лель» вспомнил, что, помимо барабана с гитарой, в мире существуют тысячи других инструментов. Так на сцене появился ксилофон, колокольчики, треугольник, даже орган зазвучал на этот раз более спокойно и органично, не фонтанируя космическими аккордами и не заглушая хорошо поющего Сергея Котикова или Антонину Кузьмину».

Композиция, с которой «Лель» победил на конкурсе

Тогда журналисту Николаю Кривомазову (ныне покойному) братские музыканты не простили строк про способности Сергея Котикова к английскому языку.

Может быть, Николай Кривомазов на самом деле думал совершенно иначе, но отношение к музыкантам,
поющим
«чужое», пресса формировала примерно такое же, как этом рисунке из журнала «Крокодил» 

Цитата из статьи «"Лель" поёт по-английски?» (орфография сохранена):

«Это один из немногочисленных коллективов, который за три года работы научился отличать хорошее от плохого. Но не до конца. Пролетело несколько номеров, и «Лель» запел «лук эт ё селф», что означало «посмотри на себя». Это выглядело примерно так же, как если бы автор этого «лука» — группа «Юрай хип» — взяла в руки деревянные ложки и запела страдания... <…> Если «Лель» запоет по-английски, толком не зная этого языка, хорошего будет мало. Прошедший в Братске конкурс наглядно показал это».

«Look at yourself» в исполнении Сергея Котикова, упоминаемая Николаем Кривомазовым

В зале в это время сидел не только журналист из Иркутска. За выступлением группы внимательно наблюдал Владимир Черногор – как сейчас принято говорить, фронтмен ансамбля «Падун». «Падун» не принимал участия в конкурсе.

Цитата из статьи «"Лель" поёт по-английски?»:

«Звездная болезнь пришла, видимо, в знаменитый «Падун». Лауреат многочисленных фестивалей скептически хмурил брови, сидя в зале».

Сергей Фирсов:

- «Падун» был вполне профессиональной группой, ездил на фестивали, бывал за рубежом в странах «соцлагеря». Они были «хозяевами» ДК «Ангара», но я прекрасно помню, как они выступали в ДК «Лесохимик» (ныне «Формула»), давая замечательные концерты. Без «Падуна» не обходился ни один праздник. Этот ансамбль имел право продавать билеты на свои концерты – то есть не был уже самодеятельным творчеством, это был, пожалуй, единственный в Братске профессиональный эстрадный (не ресторанный) коллектив.

Сергей Мамрук, музыкант (г. Москва):

- Группа «Падун» была призером всесоюзного конкурса «Алло, мы ищем таланты!».

Сергей Котиков - наши дни

Сергей Котиков:

- Тогда на городском конкурсе «Падун» не выступал, но в зале был Володя Черногор. Он и пригласил меня к себе после того, как «Лель» этот конкурс выиграл. После моего отъезда «Лель» просуществовал недолго - год или больше, после чего все разбежались кто куда. Да, группа Черногора «Падун» гремела на всю область. Все благодаря его таланту, харизме и т.п.

Так нечаянно «Лель» не выдержал испытания победой. Напоследок ансамбль съездил на гастроли по Иркутской области, про «Лель» сделали сюжет по региональному телевидению (вышел он или нет - неизвестно), а в 1974 году в декрет ушла Антонида Кузьмина.

Тут хоть и по традиции, но как всегда неожиданно в спину ударила пресса.

Газета «Красное знамя», статья «Белый танец вальс»:

«Как же помочь молодёжи проводить танцевальные вечера весело, интересно? На этот вопрос трудно ответить сразу. Здесь надо подумать сообща, по-доброму, не рубить с плеча. Прежде всего навести порядок в ДК «Сибирь», где ещё недавно прославленный «Лель» теперь уже одной низкопробной музыкой сеет атмосферу излишней интимности, нечистоплотности».

Мы можем только догадываться, что такое «излишняя интимность» и «нечистоплотность» в музыке, но ансамбль начал играть в каком-то кабаке и, говоря мягко и обтекаемо, потерял себя.

Марина Гилакозова (ныне Залесова) развелась с мужем, уехала на Чукотку со своим новым избранником, там стала автором гимна «Город мой, Анадырь»: «Город братства, город дружбы/ Город сильных крепких рук,/ Над тобой яраром кружит/ Белой ночью солнца круг». Потом переехала в Подмосковье. Сейчас занимается преподаванием, и вроде бы её подопечных даже видели в шоу «Голос».

Кавер к песне «Снова гаснут ночные огни» записал Сергей Мамрук (г. Москва). Он играл в группах «Alter Ego», «Апрель» и еще во многих группах Братска в середине 70-х годов. Из Братска уехал в 1986 году.

Использованы материалы сайта ВИА Братска. Автор сайта - Сергей Фирсов.

*Несогласным никто не запрещал и сейчас не запрещает написать свою историю.

** См. предисловие.

***Лель – кабинетно выведенное имя якобы славянского божества любви и брака. Во многих славянских народных песнях встречается рефрен «Ой, лель-ладо» либо «Лада, лель-люли», который и был ошибочно принят за имя божества, сообщает Википедия. 

 

Послесловие

Наш первый текст рубрики был посвящён уличным дракам. Прочитать его вы можете по этой ссылке.

Второй текст рассказывал о движении МЖК в Братске. Прочитать его можно здесь.

Третий текст был посвящён братским радиохулиганам, и он здесь.

Мы просим вас помочь нам написать неформальную и настоящую историю повседневности Братска, и кроме того, что с удовольствием принимаем поправки и ваши дополнения к своим текстам, просим вас -  если вам вспомнились другие события или явления, которые когда-то были важной частью жизни города, напишите нам на почту nefhistorybratsk@ya.ru.

Мы ждём от вас и новых тем, и дополнений к уже имеющимся темам. В частности, автор особенно нуждается в историях о том, как проходили свадьбы в Братске в 60-80-х годах, и очень хотелось бы поговорить с торговыми работниками, которые имели отношение к дефициту, с председателями первых дачных и гаражных кооперативов.

Также разыскивается братчанин Сергей Бричук, примерно, 1958 -1961 года рождения (его мама работала водителем грузового автомобиля в 60-х годах) для продолжения одной истории длиной в 55 лет.

Интересные и содержательные письма (право выбора мы оставляем за собой) мы обязательно (если это потребуется) литературно обработаем и опубликуем. Ваши истории выслушаем по телефону: 8 (924)-61-33-041. Ваши фотографии обязательно рассмотрим, приехав к вам в гости, лучшие из них (право выбора за нами) откопируем на месте и тоже опубликуем, с указанием вашего авторства.

Пожалуйста, пишите.

Главные новости:

Последние новости

Все новости

Главные новости:

Как не пропустить важные новости?
Подпишитесь на наши уведомления!

Подпишитесь на нас в соц. сетях: